o_apankratov (o_apankratov) wrote,
o_apankratov
o_apankratov

Category:

В канун памяти Аввакума: они о себе



Небольшой довесочек к вчерашней новости о служении митр. Илариона (Алфеева) по старому обряду.
Вообще-то фото, что выше, можно было бы поставить и без комментариев (уж больно выразительное:)) ... Но есть ещё впечатления приславшего этот снимок небезызвестного (в том числе на этих страницах:)) берсеневского настоятеля. Короче, чтыи да разумеет(с):

Игумен Кирилл (Сахаров). Вторая старообрядная Литургия митрополита Илариона (Алфеева)

Честно говоря, я немного растерялся, когда поступило приглашение принять участие в архиерейской Литургии в церкви Покрова в Рубцово, при которой располагается Патриарший центр древнерусской богослужебной традиции. В воскресный день, на который приходилась память святого апостола Андрея Первозванного. В этом году уже во второй раз митрополит Волоколамский Иларион, Председатель Отдела внешних церковных связей, намеревался здесь служить. Когда я участвовал в совершении Литургии митрополитом в первый раз, мне, помимо, конечно, главного, было это важно вот еще почему. Не так давно в Успенском соборе Московского кремля служил по старому чину митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий. Меня тогда там не было. Было передано, что один из главных организаторов и участников сказал, что если будет участвовать игумен Кирилл, то у него испортится настроение. Чувствовать себя изгоем всегда неуютно. Вот почему приглашение на Литургию в Рубцово стало для меня своеобразной реабилитацией. Надо сказать, что и в отношениях с митрополитом Иларионом не все у меня было безоблачным. Когда я однажды попытался послужить по старому чину в одном из его храмов, то на мое прошение была наложена пространная отрицательная резолюция, в которой, в частности, говорилось: «Пусть служит в своем храме, а если ему нечем заняться, то Священноначалие позаботится об этом». От одного из приближенных к митрополиту как-то услышал: «Владыка у нас еще не старый, но каждый раз, когда он читает очередную статью игумена Кирилла, то хватается за сердце». Мне всегда было неловко, когда я доставлял кому-то огорчение. В этом плане я весь в мать – она тоже не находила себе места, когда кто-то на нее обижался.
Причиной моей растерянности после получения приглашения на Литургию было еще и то, что я, как и многие православные в России, в большом напряге в связи с приближением т.н. Всеправославного Собора, в подготовке которого ОВЦС, возглавляемый митрополитом Иларионом, играет ключевую роль. Я, однако, сознавал, что нахожусь в системе, и что мое отсутствие будет воспринято напряженно. В воскресенье рано утром (в половине шестого) у себя на приходе начали читать полунощницу и последование ко Святому причащению. Полунощницу – потому что в церкви Покрова в Рубцово ее не читают.

Неожиданно. Казалось бы, все просто – назначить чтеца и пусть читает параллельно совершению священником проскомидии. По старому обряду священник после совершения входных молитв и облачения, стоя у престола, вычитывает особые приготовительные молитвы. Т.к. входных молитв еще не было, и служащие не были облачены, возник вопрос, когда же их читать? Пришлось это делать без предварительного совершения входных молитв на часах, сразу после облачения.
Встреча архиерея была назначена на 9.30 (на Рогожском в это время служба уже в самом разгаре). Часы были прочитаны до приезда владыки (исключая то, что в новообрядной практике называется «изобразительные» и читается только в Великий пост – «Лик Небесный…» и пр.). Чтение часов до приезда архиерея – обычная практика в новообрядных храмах последних десятилетий (я застал еще, когда их читали в присутствии Патриарха Пимена). Приезд митрополита задержался еще на полчаса (неудивительно, учитывая его колоссальную занятость). Возникшую паузу заполнил просмотром воспоминаний о недавно скончавшемся старейшем московском клирике прот. Герасиме Иванове – почетном попечителе нашего храма. Батюшка был из безпоповцев. Долгое время он служил в Богоявленском Елоховском соборе. До конца жизни крестился двуперстно (сам Патриарх ему благословил в соборе креститься двуперстно).
Участвовали в службе 8 священнослужителей, среди которых был один архимандрит, один игумен, один священноинок. Остальные – «белые» священники. Как и в прошлый раз, был только один диакон – о. Никола, японец по национальности. Когда я узнал, что он даже иеродиакон, то подумал: «Наверное, в будущем он будет архиереем в Японии. Здесь, в Стране восходящего солнца, он будет вводить в православных храмах старый обряд и т.п.». Нужно сказать, что в целом он служил неплохо. В 10.00 появился митрополит Иларион – небольшого роста, с юным интеллигентным лицом, худощавый. Подумалось: «Легко обладателю такой комплекции, в отличие от меня, обремененного «трудовым мозолем» - заметно выступающим животом (из-за этого возникают нагрузки, от которых начинают болеть ноги)».
Впервые облачение архиерея проходило на середине храма. При этом хор читком пропевал соответствующие песнопения. Диакон-же, почему-то их еще и дублировал, произнося вслух (как это принято в новообрядческой практике). Накладка. Дай Бог, чтобы эти вещи были учтены на будущее. Я всегда говорю своим: «Нужно делать акценты не на том, что произошло, а на выводах из произошедшего». Особо примечательна в архиерейском облачении была митра – с большой белой опушкой, чеканкой икон на медных медальонах, высоким восьмиконечным крестом.
Антифоны на Литургии не пелись, а читались, видимо, с целью сократить время и силы. Читались также блаженны и тропари на них (кроме ирмоса). На Трисвятом архиерей кроме знакомого «Господи, Господи призри с небесе…» еще возглашал: «Буди рука Твоя на мужа, десница Твоя на сына человека, его же укрепил еси Себе». При втором, со словами: «Господи Боже сил, обрати ны, просвети лице Твое: и спасени будем». При третьем: «Троице Пресвятая: Отче и Сыне и Святый Душе, призри с небесе святаго Своего и благослови вся». Очень хорошо прочитал апостол известный головщик Глеб Печенкин. На втором апостоле священнослужители, сидевшие справа и слева от архиерея на горнем месте, поменялись местами, причем каждый при этом припадал к архиерею, лобызая его палицу и десницу. Интересно, какая символика заключается в этом перемещении? Когда диакон выносил Евангелие для чтения на амвоне, произошла заминка – свещеносец стал обходить аналой со свещой посолонь, а диакон привычно - против солнца. Обратил внимание, что на великом входе все сослужащее архиерею духовенство после слов «Всех вас да помянет Господь Бог…» осеняло народ крестами (кажется, у старообрядцев так не делается). Митрополит служил спокойно, размерено, без лишней помпезности и напускной важности. Прост в служении и в общении. Заметил, что стоило ему оторваться от чиновника, как он сбивался на новообрядный текст. Так, например, было с молитвой перед причащением «Верую Господи и исповедую…» Духовенство же, приветствуя друг друга в то время как хор речитативом пел Символ Веры, делало это кто во что горазд. Дело в том, что до сих пор нет одного, безусловно авторитетного, варианта архиерейского чиновника, где были бы прописаны все нюансы действий, как самого архиерея, так и сослужащих ему священников, диаконов и прочих. В конце 33 псалма владыка прочитал молитву на освящение нового иконостаса, после чего окропил его святой водой (у старообрядцев не практикуется чтение специальных молитв на освящение икон). Народу на сей раз был полный храм. Многие мужчины были в кафтанах (у нас на приходе таких только единицы). За всю службу митрополит не сделал практически ни одного замечания. Молча выслушивал все подсказки. У меня на приходе за службу не менее 10 замечаний: за громкие разговоры за свечным ящиком, перешептывания, хождения, сидение в неположенное время, поклоны в неположенное время или когда их совершают невпопад и т.д. с неизменными поклонами за подобные замечания после службы.
На трапезе в непринуждённой обстановке владыка общался с духовенством и гостями. В слове, сказанном им, запомнилось, что «Служение по старому чину нас вдохновляет» и, как всегда, восхищение древним пением. Нередко я с досадой наблюдал за междусобойчиками в условном президиуме праздничных трапез. Не так было здесь. Ряду участников трапезы было предложено сказать слово. Я в своем выступлении предложил практиковать за трапезами пение духовных стихов. Это предложение было одобрено и архимандрит Иринарх, настоятель единоверческой церкви в с. Михайловская слобода запел известный духовный стих про Генисаретское озеро. Заключительные слова каждого куплета дружно подхватывали сотрапезники (кажется я, «приняв на грудь» пару рюмок белого вина, пел громче всех) . Хотелось озвучить еще некоторые предложения, но я сдержался: по опыту знаю, что особенно при общении с «сильными мира сего» лучше не доделать, чем переделать. Внес одно предложение - успокойся, помня слова: «Опрометчиво, не рассчитав сил, устремившись достигнуть лучшего, потеряешь то хорошее, что имеешь сейчас».
Tags: Богослужение, Господствующее исповедание, Месяцеслов, Москва, Обзоры Сети, Остроактуальное, Просто интересно, Староверы и внешние, Церковное искусство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments