o_apankratov (o_apankratov) wrote,
o_apankratov
o_apankratov

Category:

Память святителя и исповедника Амвросия, митрополита Белокриницкого



Оригинал взят у papanda в Память святого Амвросия Белокриницкого


Пастырь добрый

Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец. А наемник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка, и оставляет овец, и бежит; и волк расхищает овец, и разгоняет их. А наемник бежит, потому что наемник, и нерадит об овцах. Я есмь пастырь добрый; и знаю Моих, и Мои знают Меня. Как Отец знает Меня, так и Я знаю Отца; и жизнь Мою полагаю за овец.
Евангелие от Иоанна (10. 11–15)


В 1791 г. у греческого священника Георгия, жившего в селе Маистра неподалеку от города Эноса (Энез) в Турции, родился сын Андрей. Георгий был 22-м священником в своем роду, и никто не сомневался, что сын наследует его служение. Поэтому отец с детства готовил Андрея к священству.
Юношей Андрей поступил в духовное училище, где прослушал курс богословских наук. В 1811 г. он женился и был поставлен в священники эносским митрополитом Матфеем. Через три года Андрей овдовел, оставшись с малолетним сыном Георгием на руках. А еще через три года молодой священник принял иночество с именем Амвросий — в честь св. Амвросия Медиоланского.

Митрополит Матфей принял Амвросия к себе в архиерейский дом. Благочестивым поведением и хорошим образованием инок снискал уважение иерархов Греческой Церкви. Вскоре его сделали настоятелем Свято-Троицкого монастыря на острове Халки в Мраморном море, где была православная семинария. На Амвросия обратил внимание Вселенский Патриарх Констанций. Он перевел способного инока в Стамбул, к древней Константинопольской епископской кафедре, основанной самим апостолом Андреем Первозванным. Амвросий был назначен на почетную и ответственную должность «протосингела Великой Церкви» (ближайшего помощника Патриарха).
Когда в 1835 г. умер митрополит Вениамин, управлявший Боснийской и Сараевской епархией, Синод Константинопольской Церкви предпочел всем претендентам на эту кафедру кандидатуру протосингела Амвросия. В митрополиты его рукополагал новый Патриарх Григорий в сослужении четырех архиереев. Получив ставленую грамоту, новый митрополит выехал в сербский город Сараево (ныне столица Республики Босния-Герцеговина).
Мусульманские захватчики немилосердно угнетали православное население Балкан, но боснийские митрополиты не вмешивались в дела турок. Не таков был Амвросий! Он всем сердцем чувствовал страдания паствы и старался облегчить ее горькую участь. От природы добрый и справедливый, он не мог равнодушно смотреть на бедственное положение сербов и встал на их сторону.
Это было так необычно, так противоречило народному представлению о надменных греческих архиереях, что сербы не признавали Амвросия за грека. А поскольку митрополит хорошо говорил по-славянски, то распространился слух, что он славянин, болгарин. Так и записали в боснийской летописи:
Тот владыка святой человек был,
Сиротин малых призирал.
Он родом от болгар был,
Серебра нисколько не любил.
Лишь хотел, чтоб мирен был народ,
Чтоб народу не было обиды.
Когда доведенные до отчаяния сербы подняли восстание против паши (турецкого губернатора), митрополит принял сторону восставших. Он сказал: «За кого народ — за того и владыка!»
Восстание привело к печальным результатам. Турки подговорили боснийских купцов написать Константинопольскому Патриарху донос на Амвросия, будто бы он «мешается в нехорошие дела» и «сочинил клевету на пашу».
В то время Константинопольскую кафедру занимал Патриарх Анфим. Он понимал, чем вызваны обвинения против митрополита, но не смел перечить турецким властям, требовавшим смещения почитаемого в народе святителя. В 1840 г. Патриарх отозвал Амвросия в Константинополь. Здесь митрополит оказался безместным архиереем, получавшим «приличную пенсию».
В ту пору Русская Старообрядческая Церковь была совершенно разорена преследованиями правительства Николая I. Храмы закрывались, монастыри разорялись, священство уничтожалось. Староверам нужен был благочестивый иерарх, способный сохранить Церковь. В 1832 г. в Москве состоялся Всероссийский Собор, на котором было решено учредить за границей епископскую кафедру и пригласить на нее достойного архиерея. Выбрали Буковину, в Австро-Венгерской империи, где жило много староверов, пользовавшихся покровительством тамошних властей. В 1844 г. кафедра была учреждена при старообрядческом монастыре в селе Белая Криница (ныне Черновицкая область Украины).
Два инока из Белокриницкого монастыря, Павел (Великодворский) и Алимпий (Милорадов), приступили к поискам на Востоке благочестивого епископа, согласного присоединиться к Старообрядческой Церкви. Иноки объездили весь Восток, побывали в Египте, Сирии, Палестине и Константинополе. Здесь они познакомились с митрополитом Амвросием, стали частыми гостями в его доме и много беседовали с ним на религиозные темы. Умный и образованный архиерей понравился русским путешественникам, и они решились изложить ему историю старообрядчества.
Проникновенные рассказы Павла и Алимпия тронули доброе сердце святителя. Он исполнился искренней любви к русским староверам, терпевшим от русских же властей страшные мучения, сравнимые только с мучениями греков и славян под турецким игом. Иноки говорили с митрополитом и о том, что именно старообрядчество является истинным православием — древнегреческого, византийского образца.
Сначала эти слова удивляли Амвросия: «Какая есть еще вера истинная кроме греческой?» При случае он попросил некоего ученого грека объяснить ему суть русской «старой веры». Тот сказал, что по вере старообрядцы ничем не отличаются от греков, только держатся старых книг и церковных обрядов.
Действительно, сравнивая обряды староверов с древними византийскими чинами, Амвросий убеждался в их одинаковости. Например, в греческой Кормчей книге (Пидалион) он читал о древности двуперстного крестного знамени: «Древние христиане иначе слагали персты для изображения на себе креста, чем нынешние, т.е. изображали его двумя перстами — средним и указательным». Через чтение книг и беседы митрополит совершенно уверился в правоте староверов, пожелал присоединиться к их Церкви и отправиться в Белую Криницу.
Поручив себя воле Божией, архиерей покинул Стамбул в конце мая 1846 г., сказав Патриарху, что «скуки ради» отправляется в путешествие. В дорогу Анфим дал митрополиту собственноручную расписку с позволением совершать богослужения.
Вместе с Амвросием в Белую Криницу отправились его сын Георгий, сноха Анна и секретарь — серб Константин Огнянович. На пароходе они достигли города Тульчи в дельте Дуная. Местные казаки-староверы торжественно встретили долгожданного святителя хлебом-солью. Отсюда путешественники отправились вверх по Дунаю, в Вену. Здесь архиерей был представлен австрийскому императору Фердинанду Габсбургу.
Амвросий подал на имя императора прошение, в котором заявлял, что «с твердостью решился принять избрание реченного староверческого общества в верховного пастыря, видя пред собою самое явное Божественное Провидение, которое меня предназначило. Дабы лишенное до сих пор священного архипастыря оное общество (числящееся, кроме Австрийского царства, в соседних державах до трех миллионов) руководить к вечному блаженства пути». В этом же прошении митрополит объявлял, что «совершенно уверился, что все догматы и уставы Греческой Церкви только у реченных староверцев во своей чистоте и точности содержатся».
Из Вены святитель отправился в Белую Криницу, куда прибыл осенью 1846 г. Войдя в монастырский храм, он со своими спутниками пропел по-гречески Трисвятое («Святый Боже…») греческим же напевом, чему весьма подивились староверы. В обители митрополит занял две кельи, в которых было много икон, довольствовался простой иноческой пищей (похлебкой, кашей, рыбой).
28 октября 1846 г. состоялось торжественное присоединение митрополита Амвросия к Православной Старообрядческой Церкви. Собор Белокриницкого монастыря был переполнен народом. Торжественно войдя в храм, архиерей проследовал в алтарь, где облачился в святительские одежды. Выйдя к Царским вратам, он стал громко читать по-славянски чин отречения от ересей: «Аз, Амвросий митрополит, прихожу к Истинной Православной Церкви Христовой, проклинаю бывшие ереси»…
Затем святитель вошел в алтарь, и священноинок (иеромонах) Иероним помазал его святым миром. Пономари подали митрополиту архиерейские свечи — трикирий и дикирий, и он, выйдя из Царских врат, благословил народ. Певчие пели многолетие, собравшиеся в храме со слезами радости воссылали хвалу Богу: «Воссия благодать Твоя, Господи! Воссия просвещение душам нашим!» Вместе с Амвросием в старообрядчество перешла вся его семья.
Специально для митрополита во Львове (тогда он назывался Лемберг) был изготовлен деревянный архиерейский посох с серебряным навершием, инкрустированный чередующимися пластинами перламутра и кости. Ныне этот посох как великая святыня хранится в Москве, в кафедральном Покровском соборе на старообрядческом Рогожском кладбище.
По прошествии времени был избран христианин, достойный стать наместником митрополита. Жребий святительства выпал уставщику Киприану Тимофееву, который вскорости был пострижен во иноки и наречен Кириллом.
На праздник Богоявления 6 января 1847 г. Амвросий рукоположил Кирилла в епископа для казаков, живших у озера Майнос (Маньяс) в Турции. После Литургии митрополит и новый архиерей вышли из храма во главе крестного хода на иордань для освящения воды. За ними степенно выступало духовенство в златотканых облачениях, множество иноков и простого народа с иконами и хоругвями.
Звон колоколов сливался с торжественными песнопениями. «Глас Господень на водах вопиет, глаголя: приидите, приимите Дух премудрости, Дух разума, Дух страха Божия, явльшагося Христа»… Белокриницкие старообрядцы-беспоповцы, вышедшие поглядеть на крестный ход и водосвятие, прослезившись, говорили друг другу: «Истинная их вера! Что будем делать? Не передаваться ли к ним?»
Слух о старообрядческом митрополите распространился по всему свету. Церковь ликовала, вознося Богу благодарственные молитвы. Это злило Николая I, готового преследовать и уничтожать «раскольников» не только в России, но и за границей.
Осенью 1847 г. австрийский посол граф Коллоредо-Валльзее сообщал в Вену, что беседовал с Николаем I о «раскольничьем митрополите». Царь требовал закрытия «незаконного» Белокриницкого монастыря. Если этого не произойдет, пригрозил самодержец, то «мне придется кое-что предпринять».
Уже через месяц Коллоредо-Валльзее сообщал, что русские намерены отозвать из Вены своего посла графа фон Медема, «если они не получат удовлетворительного ответа на свои демарши относительно раскольников». Назревал международный скандал.
Делом митрополита занялся сам Фердинанд, которого интересовала личность Амвросия. Святитель был вызван в Вену, где ему предложили либо возвратиться к Константинопольскому Патриарху, либо отправиться в пожизненную ссылку. Тут же митрополиту было вручено письмо Патриарха с увещанием вернуться в Стамбул и обещанием покровительства (ему посулили одну из лучших епархий). Святитель мужественно ответил: «Я единожды сию религию принял и уже вспять возвращаться не желаю!»
В 1848 г. Амвросий получил предписание отправиться в ссылку в городок Цилли в Нижней Штирии (ныне Целе в Словении). Сюда вместе с ним отправился и сын Георгий с семьей. Австрийское правительство установило митрополиту ежегодную пенсию в 600 гульденов, а Белокриницкий монастырь ежегодно выдавал на его содержание 500 червонцев.
Началось пятнадцатилетнее исповедничество св. Амвросия. Старообрядческий писатель инок Нил в сказании «Происшествие господина Амвросия Митрополита» так описывает многолетний святительский подвиг: «Протекали дни его в твердом соблюдении уставов жизни иноческой, в жестоком воздержании и непрестанных молитвах, в совершенном безмолвии и уединении. Наслаждался отдохновением от бурных треволнений, в теплоте духа воссылая пламенные мольбы ко Всемогущему Богу об определенной ему и обновленной в лице его древлеправославной епархии».
Пребывая в ссылке, св. Амвросий поддерживал постоянное общение со староверами, посылая письма в Белую Криницу, к своему преемнику митрополиту Кириллу. Эти послания, трогательно написанные несовершенным русским языком, — памятник великой христианской любви и пастырской жертвенности. В каждом письме святитель посылал своей пастве «прощение, мир и благословение», напоминая, что «удален от нее ненавистью враждебников наших, но духом не разлучен от нее».
Из ссылки святитель писал митрополиту Кириллу: «Заповедаю навсегда едину заповедь: дабы во священных церквах наших, егда будет соборная архиерейская служба, тогда дабы священнослужители в алтаре при престоле Божием пели “Святый Боже” по-гречески, в знак памяти сперва от меня начавшейся у вас Литургии архиерейской. Посылаю при сем мою святительскую мантию, да будет она, якоже и жезл мой, восприемникам престола моего, начиная от господина Кирилла и прочим последующим, в знак чувственного моего благословения и в вечную незабвенно память» (1849).
Живя в Цилли, святитель испытывал нужду в святых Запасных Дарах (Запасном Агнце) для причастия. Когда Дары подходили к концу, в Белую Криницу отправлялись послания такого содержания: «При сем у нас в этом годом скончается святотаино, то есть причастие. И ежели не можете посылить к нам с почтою, прошимо вас, что вы присли к нам» (1862).
Посланцы от митрополита Кирилла регулярно навещали «в дальнем заточении неповинно страждущего». У святителя часто бывали иноки Павел и Алимпий. Об этом рассказывается в «Происшествии господина Амвросия Митрополита»: «Со многим трудом едва могли отыскать в самом углу немецкой земли его поселение, взошли во двор его. Он нечаянно вышел, и егда увидал любимого своего друга отца Павла со Алимпием, стал, аки во ужасе. Поднял руки, на небо возопил: «Боже мой, Боже мой, что я вижу? Истину ли, или привидение? Теперь я вижу вашу веру и любовную ко мне расположенность, чего не чаял я и не надеялся»… Один важный для него недостаток — не имел при себе Запасного Агнца. Отец Павел имел при себе довольно. Он получил от него, радостною душою лобызал узелок и приложил ко своему сердцу, сказал: «Вот в чем вся жизнь моя состоит!» И там отцы прожили у него месяц един и возвратились во своя с миром. Узнавши его селитву, ежегодно посещали».
Святитель тосковал по Белой Кринице и тамошним христианам, писал, что надеется на милость австрийского императора, который освободит его из ссылки и поможет вернуться на Буковину: «Помолите и вы с нами Господу Богу, дабы Он наставил царя освободить нас отсюда. И мы бы удостоились по пламенному желанию нашему получить освобождение. Хотя бы мы могли живот свой в старости среди Православной Церкви скончати» (1861).
Староверы хлопотали перед императором, чтобы «было всемилостиво дано разрешение митрополиту всех наших старообрядческих общин Амвросию, уже много лет сосланному в г. Цилли в Штирии, переехать в Черновцы». После продолжительного расследования австрийское правительство весной 1862 г. особым Указом удовлетворило прошение. Но святитель не сумел воспользоваться этим разрешением — его здоровье резко ухудшилось. Начались проблемы со зрением.
Теперь послания в Белую Криницу за митрополита писал его сын. Святителя лечили, но мази и капли приносили лишь временное облегчение. Пришлось прибегнуть к крайнему средству — операции. К болезни глаз добавилась другая «скорбь телесная» — водянка. Однако, даже одержимый тяжким недугом, св. Амвросий не забывал Церковь.
На Пасху он отправляет свое последнее поздравление митрополиту Кириллу: «Христос воскресе! Аз, Божиею милостию смиренный митрополит Амвросий, удаленный от вашего сожительства, но духом неразлучный от вас, во Христе чад моих… При сем уведомляю вас, что я, по милости Всевышнего Создателя за благоприятные ваши молитвы, слава Богу, находимся еще жив, и здоров, и благополучный. И пред упованию на промысел благоутробия Божия, пребываю присный о вас и о всем нашим православным христианам к Богу молитвенник» (1863).
Вскоре в Белую Криницу полетело последнее послание святителя, написанное по его «благословению и препоручению» сыном: «Господин митрополит Амвросий и все его семейство терпит страдания, и заточения, и удаления от Богом данного ему престола ненавистию враждебником нашим… Прошимо еще вас не забыть нас во святых ваших ко Господу молитвах» (1863). На этом из-за болезни оканчивается переписка святителя со староверами.
С осени 1863 г. здоровье архиерея «изменилось совершенно к смертному одру». Болезнь причиняла ему невыносимые страдания, но рассудок, память и дар речи не покидали его до самой кончины.
Близкие уже готовились к смерти митрополита, когда в Цилли прибыли старообрядческие посланцы с бумагами, касающимися разных церковных дел. Они имели особое поручение от российских староверов, изложенное в особой грамоте: «Передайте ему, высокочтимому изгнаннику и страдальцу, что все мы чтим в нем восстановителя нашей священной иерархии. Чувствуем, что он пожертвовал собою за нас, и при каждом совершении бескровной жертвы воспоминаем о митрополите Амвросии страждущем».
У старца хватило сил изучить бумаги. Он не вставал с постели, но тут с посторонней помощью поднялся и своеручно подписал все документы. Затем, сидя на кровати, Амвросий благословил посланников. Преодолевая волнение, святитель сказал Церкви последнее архипастырское слово и просил, чтобы все христиане молились за него.
Через два дня после отъезда посланцев, 30 октября 1863 г., последовала блаженная кончина св. Амвросия. Чувствуя ее приближение, он помолился, причастился Запасными Дарами и тихо преставился утром. Пастырь добрый, по евангельскому слову положивший жизнь свою за овец Христовых, взошел на пажити Всевышнего Пастыря.
Родные погребли митрополита на греческом кладбище в городе Триесте (ныне в Италии), так как в Цилли все кладбища были католическими.
В 1996 г. на Всемирном Старообрядческом Соборе в Белой Кринице митрополит Амвросий был причислен к лику святых как великий угодник Божий и исповедник православной веры. А в 2000 г. были торжественно обретены мощи св. Амвросия.

Опубликовано в журнале «Истина и жизнь» (2006, № 2)

http://www.istina.religare.ru/article229.html
Tags: Добрые дела, История Церкви, История старообрядчества, Итоговое, Месяцеслов, Обзоры Сети, Просто интересно, Староверы и внешние, Традиции старообрядчества, Церковно - общественное, Церковное искусство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments