o_apankratov (o_apankratov) wrote,
o_apankratov
o_apankratov

Новообрядцы об отношении к знаменному пению в их среде

Оригинал взят у kraegranesie в О НЕСОВРЕМЕННОСТИ ЗНАМЕННОГО ПЕНИЯ

     Зачастую приходится сталкиваться с тем, что знаменное пение не воспринимается современными людьми, иногда даже отторгается вовсе. И парадокс в том, что часто это происходит именно с людьми воцерковлёнными. А казалось бы – кому бы как не им должен быть близким тот образ молитвы, который из века в век передавался на Руси, на котором возросли и прп. Сергий Радонежский, и многие другие русские святые? Но – факт остаётся фактом – западные влияния глубоко пустили свои корни, и сегодня знаменное пение с трудом вновь занимает подобающее ему место в русском богослужении. В чём же причина?
    В первую очередь можно предположить, что всему виной привычка. Ведь у человека, уже не первый год приходящего в храм, складываются свои представления о том, что и как там должно звучать. Если же разбавить эти свои представления страстью гордости, чувством того, что «уж Я-то знаю, как нужно», то ситуация совсем заходит в тупик. Тем более, если это регент. Или – тем паче, – священник. Кроме того, в Церкви сам принцип следования традиции – один из ключевых, и с утерей в Русской Православной Церкви преемственности пения знаменным распевом возвращение в богослужение этой древнерусской формы пения на практике становится чуть ли не внедрением каких-то невиданных новшеств. Добавим к этому и то, что современная музыкальная культура слишком далеко отстоит от средневековой. Сейчас нужны время и целенаправленные усилия, чтобы человек смог полноценно воспринимать древнее пение, и это тоже является своего рода барьером.
     Но сказать, что главная трудность кроется лишь в указанных причинах, было бы ошибкой. Даже обычные светские люди понимают: пение в Церкви не должно быть чем-то профанным, похожим на все прочие мелодии, слышимые вне храма. Пение, как и всё богослужение в целом, утверждается на каноне (образце), который не под людей каждый раз подделывается, а является той «высокой планкой», достичь которой человек призывается. Осознав, что то или иное твоё отношение к образу пения обусловлено страстью или привычкой, уже можно начать борьбу. Однако, проблема здесь гораздо более глубокая и потому трудно разрешимая.
     Чтобы правильно ответить на вопрос о причине отторжения знаменного пения, нужно обратиться к самой сути богослужения и задуматься о месте человека в нём. Вопрос не в том, что больше нравится, что более соответствует вкусу – авторские произведения или древнерусские церковные распевы.  Вопрос в том, зачем мы вообще приходим в храм и что там делаем. Кажется, ответ очевиден? Мы приходим в храм чтобы молиться и молимся в нём. Но так ли отвечает на этот вопрос современная церковная практика? Увы, в большинстве храмов с огромным трудом, если это вообще осуществимо, можно понять смысл пропеваемых стихир. Чтение чрезмерно быстрое и невнятное. Все стремятся «уложиться» в какие-то временные рамки. Перед хором ставится задача «произвести впечатление», а уж помолиться – это постольку-поскольку, если получится. Так давайте честно признаемся: зачастую цель пребывания в храме может оказываться совсем не той, которой быть должна. Отстоять службу, отслужить службу, вычитать положенные чтения, получить эстетическое удовольствие от красивой музыки или пышного действа, блеснуть своими умениями или вокальными данными, поболтать с друзьями-подругами, заработать денег – это всё не то, что может оправдывать пребывание человека в храме.
     Но есть и иной образ и мера участия человека в богослужении. Когда на первом месте стоит содержание самих молитвословий, когда всё внимание устремлено в их смысл, а все внешние действия и усилия направлены только на эту задачу. В норме пение и есть молитва. То есть человек словами именно этого песнопения, которое он слышит здесь и сейчас, и именно с помощью пения, обращается к Богу вместе со всеми певчими. Точно так же и чтение в храме должно быть в собственном смысле молитвой всех прихожан, когда они именно здесь и сейчас, в этих словах и интонации обращаются вместе с чтецом к Богу. И это действительно осуществимо благодаря той веками отточенной целостной системе знаменного распева, которая вся направлена только на одно: сохранению внимания человека в продолжение всего богослужения. Именно благодаря этому главному свойству оказывается, что знаменное пение может быть очень страшной, на самом деле, вещью. Оно ставит человека перед слишком явным выбором: или начать молиться, или, презрев ясный и понятный призыв, заняться своими помыслами, витая в мыслях где-то очень далеко. Знаменное пение имеет слишком узко-специальное предназначение: оно красиво, но эстетика всё равно отходит на задний план пред главной задачей сохранения внимания и молитвы. Но это же так скучно для человека, который ищет в храме чего-то другого, ищет удовлетворения каких-то иных потребностей! От написанной в соответствии с каноном древнерусской иконы можно отвернуться, но уши ведь не заткнёшь. И такое уже не все могут стерпеть.
     Вот и приходится сделать вывод: знаменный распев в нынешних условиях несовременен и неудобовосприемлем. Так же, как несовременна и неудобовосприемлема молитва. Потому-то знаменное пение в массовом масштабе в настоящее время и обречено на отторжение.

Tags: Богослужение, Господствующее исповедание, Ереси, Остроактуальное, Староверы и внешние, Традиции старообрядчества, Церковное искусство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments